В пятницу 11-го вечером стартовали.

В субботу утром кайфанул от вида пл. Восстания, от метро и вообще от всего.
Точка сбора - Ладожский. Встретил на Велика в компании с Энди и Егором из «Задвигов». Сели в общепите и начали создавать настроение узой дружбы. Немного потрещали с приехавшей специальной по такому случаю Верой (респект), встретили Аута и Хеда и поехали.
В маршрутке продолжили возлияния голимым коньяком. Из-за этого часто хотели писать, чем неоднократно вызвали неудовольство ехавшего с нами мудака по имени Боря ("Ребята, надеюсь, пять минут вам хватит").
К Хельсинки приуныли, но поправили здоровье пивком и едой. Шоппинг: шляпа для меня и шапка для Аутмейкера.

Йеллоухед: "По-моему это ужасное недоразумение - то, что все считают финок страшными. Мне кажется, они все прекрасны".

Подобрали Ленку и погрузились на плавучий цирк. Алкоголь перемежался импровизациями на фрилке, неподключенной гитаре и жестяном мусорном ведре. Качало. Разделили ложе с Великом, Аут полночи кричал: "Подъём, пидарасы!" Финских цыпочек в каюту так и нашли.

В воскресенье утром болеголовый Аут и завтрак с видом на шхеры.

Стараниями Санны вписались на вечерину волонтёров, готовивших Стокгольмский кинофестиваль, в клуп Коо-Геэ-Беэ (KGB).
Винила нет, диджейского пульта тоже, местный жокей играет с Winampa, гитарный комбик фонит. После вступительного слова организатора вечерины Ульрики и сета Головы началась жесть: Иванов рубил в барабан, я пилил два аккорда (по словам Аутмейкера, "трагичные"), Велик полировал клаву и пропускал через свой Korg местные радиоволны. После не помню точно какого (халявное пивко) периода вакханалии Аут попытался взять ситуацию под контроль и завёл хаус. Мы же только пуще прежнего воодушевились и стали ему аккомпанировать, тхахахахаха.

Несколько отзывов о вечеринке:
Аутмейкер: "Вчера был трэшмогильный сатанизм в сельском клубе."
Жекан: "Алкогольный угар! Пьяные русские скоты оккупировали вечеринку шведских film people."
Велик: "«Мы вам покажем кузькину мать!» или Советский электро-трэш в сердце Стокгольма."
Лена о нашей "музыке": "А почему так однообразно?"

С Калигулой за спиной… мыло не роняй

Понедельник не задался с утра. Всё началось с посещения жуткого магазина с винилом, который был замаскирован под лавку старьёвщика. Жуткое возбуждение и полный неадекват. В моих остекленевших глазах отражались ряды пластинок. Стараниями Свити и Аутмейкера ("Пацаны, пойдёмте, а то вы сойдёте с ума") мы с Велюром все-таки ушли оттуда, неся в трясущихся лапках немногочисленную добычу (1, 2, 3, 4, 5).

Чуть позже в метро был успешно проёбан ноутбук с диссертацией и всеми файлами по проекту (хорошо, что журнал и диск были готовы =)).

Велюр: После спешной репетиции и короткого сна мы торопимся на официальный концерт-презентацию журнала Made In Russia в Underbara Bar в центре Стокгольма. Коридор в виде плавного спуска, должно быть, доставшийся по наследству от подземного гаража, диваны и зеркала в стиле нео-классицизма, большой, полный воздуха, но пока пустой зал с лофтом и огромный мозаичный портрет Калигулы прямо над сценой.
     
Велюр: Концерт состоял из четырёх условных частей: Вступление и кода – Outmaker (Архангельск/Санкт-Петербург) – начинал с мягкого хауса и заканчивал уже более плотными композициями, радуя публику ненавязчивыми параллелями с New Order и добавляя в плейлист трэки своей группы COPY. Далее было выступление Velour (Петрозаводск) – смесь электропопа с салонным фортепиано, народные дудки и задумчивые песни в третьей октаве. Далее следовало выступление Yellowhead'a (Санкт-Петербург) – весёлый и задорный down-tempo со сбитой ритмикой, мягкой, вкрадчивой мелодикой и множеством подтекстов, как на звуковом, так и на визуальном уровне – выступление сопровождалось авторским видеорядом, в котором и гипноз, и Черный плащ.

Жекан: Между делом я ввиду окончания денежных запасов провернул пару бартерных операций «Купи пиво диджею – получи журнал в подарок». Аутмейкеру, по-моему, было приятно получать алкоголь от незнакомых девушек.

Велюр: После выступлений были беседы на русском с иммиграцией, ирландский виски (на самом деле он был и до), голландское пиво, шведские женщины, подбрасывающие монетку для решения, какой из дисков купить, старые друзья, перелистывающиеся страницы журналов, разговоры о «сегодня», мысли о «завтра».  
Спокойная шведская публика, прослушавшая весь концерт спиной к сцене или в постоянной миграции по залу, и немного жужжа. Необычайно тёплое ощущение от самого процесса, оттого, что что-то хорошее всё-таки происходит, и мы в силах этому способствовать. Полная голова идей, полное взаимопонимание, полным-полно хороших людей вокруг…полный кайф.